— Обед готов, — сообщила миссис Уэлтон и приказала:

— Сходи за отцом и скажи ему, пусть моет руки. К тебе, кстати, это тоже относится.

Она внесла кастрюлю, пышащую горячим паром, и аккуратно поставила ее на стол.

— Отца найдешь в гараже.

Чарлс даже не сдвинулся с места. Ему исполнилось всего лишь восемь лет, а волновавшая его проблема могла поставить в тупик кого угодно.

— Я… я… — неуверенно начал он.

— В чем дело? — Миссис Уэлтон уловила в голосе сына странные нотки, и ее внезапно охватило чувство тревоги.

— Разве Тэда нет в гараже? Черт возьми, ведь только что он был там и точил садовые ножницы. Неужели он отправился к Андерсонам? Ведь я же предупредила: сейчас будем обедать.

— Он в гараже, — ответил Чарлс. — Но он… он разговаривает сам с собой.

— Сам с собой? — Джейн Уэлтон сняла светлый пластиковый фартук и повесила его на дверную ручку. — Тэд? С чего вдруг? За ним раньше не водилось подобного. Ну, ступай в гараж и скажи отцу, пусть сейчас же идет сюда.

Она разлила черный кофе по маленьким бело-голубым китайским чашечкам и принялась добавлять сливки.

— Да что с тобой? Иди же, позови его!

— Не знаю, какого из них звать, — с отчаяньем произнес Чарлс. — Они оба совершенно одинаковые.

Джейн. Уэлтон чуть не выронила алюминиевый ковшик.

— Послушай-ка, — сердито начала она, но в этот момент, потягивая носом воздух и потирая руки, в кухню вошел Тэд Уэлтон.

— О! — довольным голосом воскликнул он. — Тушеная баранина!

— Тушеная говядина, — проворчала Джейн. — Тэд, чем ты там занимался в гараже?

Тэд сел на свое место и развернул салфетку.

— Взял садовые ножницы, смазал их и наточил. Теперь они — как бритва.

Лучше не трогайте, а то можно остаться без пальцев.

Тэду, видному симпатичному мужчине с густыми светлыми волосами, квадратным лицом, искрящимися карими глазами и сильными мускулистыми руками, едва перевалило за тридцать.

— Мясо выглядит великолепно. Да-а, трудный выдался сегодня денек. Сама знаешь, пятница. Скопилась целая куча дел, а к пяти нам все это нужно было разгрести. Правда, Эл Маккинли заявил, что отдел сумел бы справиться и с большим объемом работы, если только по-другому организовать перерыв на обед: требуется лишь, чтобы кто-то постоянно был на рабочем месте. — Он кивнул Чарлсу. — Садись и давай-ка принимайся за еду.

Миссис Уэлтон подала гарнир.

— Тэд, — усаживаясь за стол, поинтересовалась она, — тебя одолевают какие-то мысли?

— Мысли? — Он закрыл глаза. — Да нет, ничего особенного. А что?

Джейн Уэлтон посмотрела на сына тяжелым взглядом. Чарлс сидел абсолютно прямо, его бледное, как мел, лицо ничего не выражало. Он даже не шелохнулся — не развернул салфетку и совсем не притронулся к молоку. У Джейн возникло ощущение, что здесь что-то не так. Чарлс подальше отодвинулся от отца. Губы мальчика шевелились, но Джейн не понимала его.

— В чем дело? — нагнувшись к сыну, спросила она.

— Это тот, второй, — затаив дыхание, прошептал Чарлс. — Второй пришел сюда.

— Что ты имеешь в виду, милый? — негромко переспросила Джейн Уэлтон. — Какой еще второй?

Тэд вздрогнул. На его лице появилось странное выражение и тут же исчезло. Но на это мгновение лицо Тэда изменилось до неузнаваемости.

Знакомые черты растворились в какой-то искривленной, сморщенной маске.

Проступило нечто холодное и чуждое; глаза затуманились, словно их затянуло пленкой. Привычный облик усталого тридцатилетнего мужчины пропал. Но это длилось не больше секунды. Тэд усмехнулся и волком набросился на еду. Он улыбался, помешивал кофе и с аппетитом ел. Но было в этом что-то не так.

Что-то страшное и необъяснимое.

— Второй, — прошептал Чарлс. Его лицо побледнело еще сильнее, руки дрожали. Внезапно мальчик выскочил из-за стола.

— Уходи! — выкрикнул он. — Прочь отсюда!

— Эй! — угрожающе прогремел Тэд. — Какая муха тебя укусила? — Он строго указал на стул. — Сядь на место и ешь. Мать готовила вовсе не для того, чтобы выбрасывать.

Чарлс развернулся, выбежал из кухни и помчался вверх по лестнице в свою комнату. Джейн Уэлтон открыла рот от изумления и в страхе всплеснула руками.

— Да что же такое творится…

Тэд продолжал есть. Его лицо помрачнело, глаза потемнели, взгляд стал жестким.

— Этого ребенка, — произнес он раздраженно, — надо обучить некоторым вещам. Придется побеседовать с ним с глазу на глаз.

Затаившись, Чарлс слушал, как отец-двойник поднимается по лестнице.

— Чарлс! — сердито звал он. — Ты там? Наверху?

Чарлс не отвечал. Он тихо прокрался в свою комнату и закрыл дверь.

Сердце прямо-таки выскакивало у него из груди. Отец-двойник уже поднялся на лестничную площадку, еще момент, и он войдет в комнату. Чарлс бросился к окну. Ему было очень страшно, он слышал, как в темном холле псевдоотец уже нащупывает дверную ручку. Мальчик открыл окно и выбрался на крышу.

Немного постояв и собравшись с духом, он прыгнул вниз прямо в разбитый перед входной дверью цветник. Пошатываясь и задыхаясь, он встал на ноги и помчался в темноту сгущающихся вечерних сумерек прочь от падавшего из окон света.

Он добежал до гаража. Гаражная постройка черным квадратом вырисовывалась на фоне темнеющего неба. Тяжело дыша, Чарлс вытащил из кармана фонарик, осторожно открыл дверь и вошел внутрь. Там никого не было. Около дверей стояла машина, слева — отцовский верстак. В дальнем конце, у задней стены, стояли: коса, грабли, лопата, мотыга и бидон с керосином. На стенах висели прибитые автомобильные номера. В центре грязного цементного пола растеклась большая масляная лужа. Освещенные слабым светом фонарика, чернели запачканные маслом пучки травы. Рядом с дверью стоял большой мусорный бак, доверху набитый отсыревшими газетами и журналами. Чарлс принялся их ворошить, и из бака пошел сильный запах прелой бумаги и гнили. Из газет выскакивали пауки и шлепались на пол.

Мальчик давил пауков и продолжал поиски.

Найденное заставило его громко вскрикнуть. Чарлс выронил фонарик и отпрянул от бака. Гараж погрузился во мрак. Пересилив себя, Чарлс опустился на колени и в поисках фонарика принялся шарить руками по полу среди пауков и пучков маслянистой травы. Когда ему показалось, что фонарик уже не найдется, мальчик наткнулся на него. Он включил фонарик и направил луч света в мусорный бак, уже освобожденный от газет и журналов, которыми отец-двойник набил бак до самого дна. Среди пожухлых листьев, кусков картона, старых журналов и занавесок, снятых матерью с чердака и принесенных сюда с намерением на днях сжечь этот хлам, он увидел то, от чего к горлу подступила тошнота. На дне бака лежали останки его отца, его настоящего отца. Части, не использованные двойником. Выброшенные части.

Чарлс взял грабли, опустил их в бак и подцепил останки. Совершенно высохшие, они трескались и лопались от прикосновения. Они напоминали сброшенную змеей кожу — сухую, шуршащую и крошащуюся. Напоминали пустую оболочку. Осталась лишь маленькая кучка хрупкой, ломкой кожи, брошенной на самое дно мусорного бака. Только это двойник и оставил. Остальное сожрал.

Съел внутренности и занял место настоящего отца.

Послышался какой-то звук. Чарлс бросил грабли и метнулся к дверям. К гаражу шел псевдоотец. Было слышно, как под его ботинками шуршал гравий.

Однако по неуверенным шагам двойника Чарлс догадался, что тот не знает, где прячется мальчик.

— Чарлс! — сердито позвал он. — Ты в гараже? Ну, погоди, вот я задам тебе хорошую взбучку!

В дверном проеме дома, освещенная сзади ярким светом, нервничая, стояла мать.

— Тэд, пожалуйста! Не бей его. Он чем-то расстроен.

— Я и не собираюсь его бить, — раздраженно отозвался двойник и остановился, чтобы зажечь спичку. — Мне просто нужно с ним поговорить.

Ребенка необходимо научить хорошим манерам. А то — вскакивает из-за стола, прыгает с крыши, убегает куда-то на ночь глядя…

Чарлс выскользнул из гаража, но тут же был замечен. С ревом отец-двойник рванулся к нему.

— Иди сюда!

Чарлс понесся со всех ног. Он знал окрестности лучше псевдоотца. Тот знал многое — все, что получил от настоящего отца мальчика. Но все равно, окрестности лучше Чарлса не знал никто. Он добежал до забора, перелез через него и спрыгнул во двор Андерсонов, промчался мимо стоек с веревками для сушки белья, обогнул дом и выскочил на улицу.

Сжавшись и затаив дыхание, мальчик прислушался. Погони не было.

Псевдоотец либо потерял его из виду и вернулся назад, либо пошел на улицу в обход.

Чарлс перевел дух. Нужно убираться отсюда. Рано или поздно, но отец-двойник обнаружит его. Чарлс огляделся по сторонам, убедился, что того не видно, и понесся что было сил.

— Чего надо? — недружелюбно поинтересовался Тони Перетти.

Тони, парень лет четырнадцати, сидел в столовой. Перед ним на столе валялись разбросанные книги, карандаши, лежала половина бутерброда с ветчиной и стояла бутылка кока-колы.

— Ты ведь Уэлтон, да?

После школы Тони Перетти подрабатывал в магазине-салоне приборов Джонсона, который находился в деловой части города. Этот крупный, с грубыми чертами лица и оливкового цвета кожей, черноволосый и белозубый парень как-то пару раз отколотил Чарлса, как, впрочем, и каждого живущего с ним по соседству мальчишку.

— Скажи, Перетти, ты можешь мне помочь?

— Смотря, что тебе надо, — сердито ответил Перетти. — Если ты ищешь кого-нибудь, чтобы как следует тебя вздул…

Со слезами на глазах, сжимая кулаки и запинаясь, Чарлс кратко объяснил, что произошло. Когда он закончил, Перетти протяжно свистнул.

— А не врешь?

— Правда, — быстро кивнул Чарлс. — Я покажу тебе. Пойдем, и я все тебе покажу.

Перетти медленно встал из-за стола.

— Да, покажи. Хочу посмотреть.

Он сходил в свою комнату и вынес духовое ружье. Ребята вместе вышли на темную улицу и отправились к дому Чарлса. Они не разговаривали. Перетти целиком погрузился в свои мысли, был серьезен, и его лицо выражало какую-то торжественную сосредоточенность. Чарлс, все еще ошеломленный случившимся, думать просто ни о чем не мог.

Они свернули к Андерсонам, обошли дом и осторожно перелезли через забор во двор к Чарлсу. Во дворе было тихо и спокойно. Входная дверь дома закрыта. Они осторожно заглянули в гостиную через окно. Миссис Уэлтон сидела на диване и зашивала рубашку. Лицо ее было печально, и работала она чисто машинально, не вникая в то, что делает. Напротив, откинувшись на спинку кресла и сняв ботинки, сидел двойник отца и читал газету. На ручке кресла стояла банка пива, в углу что-то бормотал включенный телевизор.

Двойник сидел точно так же, как всегда сидел настоящий отец Чарлса.

— Похож на твоего, — подозрительно прошептал Перетти. — Слушай, а ты не пытаешься меня надуть?

Чарлс отвел его в гараж и показал мусорный бак. Засунув в бак смуглые руки, Перетти стал осторожно вынимать сухие останки. Они вытягивались, расправлялись, и наконец фигура отца Чарлса вырисовалась целиком. Перетти разложил останки на полу и пристроил отвалившиеся части к нужным местам.

Бесцветные, почти прозрачные и тонкие, как бумага, останки были сухи и абсолютно безжизненны.

— Вот и все, что от него осталось, — сказал Чарлс, и его глаза наполнились слезами. — Внутренности сожрал этот гад.

Перетти побледнел. Дрожащими руками он запихал останки в мусорный бак.

— Действительно, здесь что-то не так, — пробормотал он. — Ты говорил, что видел их обоих вместе?

— Да. Они разговаривали. Я как раз в это время забегал сюда. Они были совершенно одинаковые. — Чарлс вытер слезы и всхлипнул. Он больше не мог сдерживаться. — Этот гад сожрал отца, а потом пришел в дом и притворился, будто он и есть мой отец. Но это не так. Он убил отца и сожрал его.

Перетти на секунду задумался.

— Послушай-ка, что я тебе скажу, — вдруг заявил он. — Я уже слыхал о подобных вещах. Это скверное дело. Но ты не должен падать духом и поддаваться панике. Ты ведь не боишься, правда?

— Нет, — прошептал Чарлс.

— Сперва нам надо подумать, как его уничтожить. — Перетти потряс ружьем. — Не уверен, поможет ли оно. Этот гад, должно быть, крепкий орешек, раз ему удалось перебороть твоего отца. Уж тот-то был сильный мужик. Давай-ка для начала смоемся отсюда, а то вдруг он вернется.

Говорят, убийцы так часто поступают.

Мальчики вышли из гаража. Перетти пригнулся и снова заглянул через окно в дом. Миссис Уэлтон стояла и что-то взволнованно говорила мужу. О чем шел разговор, почти не было слышно. Превдоотец отбросил газету. Они о чем-то спорили.

— Черт возьми! — взревел двойник отца. — Не делай глупостей!

— Что-то стряслось, — жалобно говорила миссис Уэлтон. — С ним случилось что-то ужасное. Я позвоню в больницу.

— Не нужно никому звонить. С ним все в порядке. Наверняка заигрался где-нибудь на улице.

— Раньше он никогда не уходил из дома так поздно. И всегда слушался.

Ребенок чем-то сильно расстроен — он боится тебя! И я не виню его. — Голос женщины дрожал. — Что с тобой произошло? Ты какой-то странный.

С этими словами она вышла из комнаты в холл.

— Пойду спрошу у соседей.

Псевдоотец смотрел ей вслед, пока она не ушла, а затем произошло нечто ужасное. У Чарлса перехватило дыхание, а Перетти издал странный утробный звук.

— Гляди, — прошептал Чарлс. — Что…

— Боже мой, — широко раскрыв черные глаза, произнес Перетти.

Едва лишь миссис Уэлтон вышла из комнаты, отец-двойник осел в кресле.

Рот его широко раскрылся, глаза вылезли из орбит, а голова упала на грудь, как у тряпичной куклы.

Перетти отпрянул от окна.

— Да, это не твой отец, а точно — какая-то тварь, — пробормотал он. — Можно не сомневаться.

— Что это? — спросил Чарлс. Он был шокирован и совершенно сбит с толку.

— Его будто отключили.

— Точно. — Перетти, мрачный и потрясенный, кивнул. — Им кто-то управляет извне.

Чарлса охватил ужас.

— Ты имеешь в виду — не из нашего мира?

Перетти с отвращением покачал головой.

— Снаружи дома! Со двора. Ты представляешь себе, как это найти?

— Не очень. — Чарлс задумался. — Но я знаю того, кто очень хорошо умеет искать.

Он попытался вспомнить имя.

— Бобби Дэниелс.

— А, тот маленький негритенок? И он действительно хорошо умеет искать?

— Лучше всех.

— Ладно, — согласился Перетти. — Пойдем за ним. Мы должны найти, что прячется снаружи. То, что создало эту тварь и управляет ею…

— Надо искать здесь, около гаража, — сообщил Перетти маленькому худолицему негритенку, который, пригнувшись, шел в темноте за ребятами. — Когда все произошло, тварь была в гараже. Поэтому и искать надо здесь.

— В гараже? — переспросил Дэниелс.

— Вокруг гаража. Внутри Уэлтон уже все обыскал. Смотри снаружи.

У гаража, как бы образовав небольшой мягкий ковер, росли цветы. Между гаражом и домом в зарослях бамбука валялся разнообразный мусор. На небе уже появилась луна и осветила все вокруг холодным безжизненным светом.

— Даже если мы быстро ничего не найдем, — сказал Дэниелс, — я все равно пойду домой. Мне нельзя приходить поздно.

Он был не на много старше Чарлса.

— Ладно. Давай, ищи, — согласился Перетти.

Они разделились и принялись тщательно осматривать окрестности вокруг гаража. Дэниелс искал с невероятной скоростью. Его маленькое щуплое тельце так и мелькало среди цветов. Он переворачивал камни, высматривал около дома, раздвигал стебли растений, разгребал опавшие листья и сучья, не пропуская ни одного дюйма поверхности земли.

Перетти довольно быстро прекратил поиски.

— Лучше я буду вас охранять. Не исключена опасность, что появится двойник отца и попытается нас остановить.

Держа ружье наготове, он шел за Чарлсом и Бобом, пока те продолжали поиски.

Чарлс искал медленно. Он устал и замерз. Все случившееся казалось невозможным: и двойник отца, и то, что произошло с его настоящим отцом.

Мальчика не отпускал страх: а что, если подобное произойдет и с матерью?

Или с ним? Или с кем-нибудь еще? А может, и со всем миром?

— Нашел! — тонким, высоким голосом воскликнул Дэниелс. — Скорее идите сюда!

Перетти, держа ружье наизготовку, осторожно приблизился. Подбежавший Чарлс направил луч фонарика на то место, где стоял Дэниелс.

Негритенок приподнял камень. Луч света выхватил сидящее во влажном перегное существо с блестящим, словно металлическим, телом. Хилое членистое создание с множеством кривых ножек бешено рыло землю. Это чем-то похожее на муравья красно-коричневое насекомое, перебирая ногами и извиваясь, пыталось поскорее уйти под землю.

Перетти забежал в гараж и вернулся оттуда с граблями, которыми и придавил к земле хвост насекомого.

— Пристрелите его! Скорее!

Дэниелс схватил ружье и выстрелил. Насекомое принялось жутко извиваться. Хвост и несколько ног безжизненно волочились по земле. Эта огромная, длиной в фут, многоножка отчаянно пыталась скрыться в норе.

— Стреляй еще! — приказал Перетти.

Дэниелс неумело вертел ружье в руках. Насекомое зашипело и попыталось выскользнуть. Резко дернув головой, оно извернулось, вцепилось в грабли и потянуло их на себя. Злобные глазки твари горели ненавистью. Какое-то время оно безуспешно боролось с граблями, а затем вдруг неожиданно забилось в диких конвульсиях, заставив ребят в страхе отступить.

В голове Чарлса раздался громкий металлический звон, будто одновременно ударили по тысяче струн. Грохот металла оглушил и напугал его. Он запнулся и сделал шаг назад. Остальные, с бледными лицами, дрожа, тоже отступили.

— Раз мы не можем убить его из ружья, — задыхаясь, сказал Перетти, — нужно его утопить. Или сжечь. Или проткнуть чем-нибудь ему башку.

Перетти все еще сражался с граблями, пытаясь не дать насекомому возможности улизнуть.

— У меня есть банка с формальдегидом, — прошептал Дэниелс. Он нервно крутил ружье. — Как быть с этой штуковиной? Я, кажется, не могу…

Чарлс отобрал у негритенка ружье.

— Я убью эту мразь.

Он присел на корточки, прищурил глаз и положил палец на курок.

Насекомое забилось. Звук, распространяемый тварью, бил по ушам, но Чарлс крепко держал ружье. Палец напрягся…

— Так вот ты где, Чарлс, — раздался голос двойника, и его сильные пальцы сжали запястье мальчика. Чарлс попытался вырваться, но куда там.

Ружье упало на землю. Двойник дернулся в сторону Перетти. Тот отпрыгнул, и насекомое, освободившись от прижимавших его граблей, скрылось в норе.

— Ну, Чарлс, и задам же я тебе дома, — безо всякого выражения проговорил псевдоотец. — Что с тобой происходит? Бедная мать с ума сходит от беспокойства.

Оказывается, он был здесь уже давно и, прячась, из темноты наблюдал за ребятами. Его холодный, бесстрастный голос — кошмарная пародия на голос настоящего отца — громыхал над ухом Чарлса, пока двойник безжалостно тащил мальчика к гаражу. Чарлс ощущал на своем лице его холодное, с запахом прелой почвы дыхание. Псевдоотец обладал чудовищной силой, и Чарлсу никак не удавалось вырваться.

— И не пытайся сопротивляться, — без эмоций произнес двойник. — Идем в гараж, тебе же лучше будет. — Я ведь знаю, Чарлс.

— Ты нашел его? — открыв дверь дома, озабоченно крикнула мать.

— Нашел, нашел.

— И что ты намерен с ним сделать?

— Немного отшлепать. — Псевдоотец толкнул дверь гаража. — В гараже. — Легкая усмешка тронула губы двойника.

— Возвращайся в дом, Джейн. Я сам справлюсь. Это по моей части. Ты ведь никогда не любила наказывать его.

Дверь закрылась. И как только погас шедший через дверной проем свет, Перетти нагнулся и схватил ружье. Двойник отца замер.

— Отправляйтесь по домам, парни, — раздраженно произнес он.

Перетти стоял в нерешительности, крепко сжимая ружье.

— Расходитесь по домам, — повторил двойник. — Опусти эту игрушку и проваливай отсюда.

Он медленно двинулся к Перетти, одной рукой держа Чарлса, другой — пытаясь дотянуться до старшего мальчика.

— В городе запрещены духовые ружья, сынок. Твой отец знает, что у тебя есть эта штука? А в городе принято придерживаться распоряжений местных властей. Думаю, тебе лучше отдать ружье мне, прежде чем…

Перетти выстрелил.

Двойник с хрипом схватился за поврежденный глаз и неожиданно прыгнул в сторону Перетти. Тот бросился к выездной дорожке, пытаясь выстрелить еще раз. Двойник сделал выпад и выдернул ружье из рук мальчика. Не произнеся ни слова, он разбил ружье о стену.

Чарлс вырвался и отбежал. Спрятаться? Но куда? Между ним и домом стоял псевдоотец. Он опять начал подбираться к Чарлсу, пытаясь поймать мальчика.

Чарлс отступал. Ну хоть какое-нибудь местечко, где можно скрыться…

Бамбук!

Чарлс быстро юркнул в заросли бамбука. Толстые старые стволы скрыли мальчика. Псевдоотец вынул из кармана коробок, зажег спичку и подпалил всю коробку целиком.

— Чарлс, — заговорил он. — Я ведь знаю, что ты где-то здесь. Но тут не спрячешься. Ты просто осложняешь себе жизнь.

Сердце Чарлса бешено колотилось, когда он пробирался сквозь заросли бамбука. Кругом валялся мусор: отбросы, бумага, коробки, старая одежда, сгнившие доски, консервные банки и бутылки. Среди всего этого хлама ползали пауки и саламандры. От ветра бамбук раскачивался и скрипел.

Лишь мусор да насекомые.

Но было и еще что-то…

Что-то, похожее на гриб, бледное и неподвижное, росло в куче отбросов.

Белесый рыхлый столбик матово отражал лунный свет. Это был покрытый паутиной и плесенью какой-то кокон. В нем проглядывались неясные очертания рук и ног, наполовину сформировавшаяся голова. Черты лица еще не определились, но Чарлс уже понял, что это.

Среди зарослей бамбука, между гаражом и домом, в сырости и отбросах рос двойник матери.

Псевдомать уже почти созрела, еще несколько дней — и она сформируется полностью.

Пока это личинка, белая и мягкая. Но солнце прогреет и высушит ее.

Оболочка потемнеет и отвердеет. Двойник вылупится из кокона и однажды, когда настоящая мать зайдет в гараж…

Помимо личинки псевдоматери, Чарлс обнаружил и другие мягкие белые личинки, по-видимому, только недавно отложенные мерзким насекомым. Пока еще маленькие. Чарлс обнаружил и то самое место, где вырос и вылупился из кокона двойник отца. Он созрел здесь, а потом встретился в гараже с настоящим отцом.

Чарлс начал отходить, стараясь не наступить на гнилые доски, отбросы и мягкие грибовидные личинки. Теряя силы, он добрался до забора — и отпрянул.

Еще одна личинка-куколка. Сначала он и не мог увидеть ее, поскольку она уже потемнела. Опутывающая ее паутина и рыхлая мякоть исчезли. Личинка созрела. Она шевелилась и слабо двигала руками.

Двойник Чарлса…

Из бамбука высунулась рука псевдоотца и крепко схватила Чарлса за запястье.

— Вот здесь ты и останешься, — произнес отец-двойник. — Местечко — как раз для тебя. Стой и не двигайся.

Свободной рукой он сорвал остатки кокона, опутывающего псевдо-Чарлса.

— Придется помочь ему выбраться наружу, — слабоват еще.

Двойник отца отбросил последний лоскут серого слизистого кокона, и псевдо-Чарлс вылупился. Он неловко барахтался, пока отец-двойник расчищал ему путь к мальчику.

— Я держал его для тебя, — оскалился псевдоотец. — Когда съешь, станешь сильнее.

Чарлс-двойник, то открывая, то закрывая рот, жадно тянулся-к Чарлсу.

Мальчик отбивался изо всех сил, но сильная рука псевдоотца держала его крепко.

— Прекрати, парень, — произнес отец-двойник. — Тебе же легче будет, если ты…

И вдруг, оборвав речь на полуслове, псевдоотец завизжал и задергался.

Он отпустил руку Чарлса и попятился задом. Его тело судорожно извивалось.

Ударившись о стену гаража, псевдоотец рухнул и через секунду забился в агонии. Он стонал и пытался уползти, но постепенно затих. Чарлс-двойник тихо свалился на кучу мусора. Он лежал в бамбуковых зарослях среди гнилых отбросов с обмякшим телом и пустым лицом. Наконец, перестал шевелиться и двойник отца. Только и было слышно, как в ночи от ветра потрескивал бамбук.

Чарлс неловко поднялся на ноги и направился к бетонированной выездной дорожке. Сюда же осторожно подошли Перетти с Дэниелсом.

— Не подходи, — быстро проговорил Дэниелс, — та тварь еще не подохла.

Нужно немного подождать.

— Что вы сделали? — прошептал Чарлс.

Дэниелс облегченно вздохнул и опустил канистру с керосином.

— Вот, нашли в гараже. Мы, Дэниелсы, когда жили в Вирджинии, всегда травили керосином москитов.

— Дэниелс вылил керосин в нору, — испуганно объяснил Перетти. — Это была его идея.

Негритенок осторожно пнул скособоченное тело двойника отца Чарлса.

— Теперь точно подох, зараза. Сдох одновременно с насекомым.

— Остальные наверняка тоже подохли, — предположил Перетти и пошел в бамбук посмотреть на растущие среди зарослей личинки. Псевдо-Чарлс не шевелился. Перетти ткнул ему в грудь палкой.

— И этот дохлый.

— Давайте, чтоб уж наверняка, — зловеще произнес Дэниелс. Он поднял тяжелую канистру с керосином и потащил ее в бамбук. — По дороге эта погань выронила несколько спичек. Найди их, Перетти.

Ребята переглянулись.

— Правильно, — тихо отозвался Перетти.

— Может, на всякий случай взять шланг, а то вдруг пожар, — сказал Чарлс.

— Пошли, — не терпящим возражений тоном произнес Перетти.

Он уже шел к гаражу. Чарлс поспешил к нему присоединиться, и через несколько секунд они уже искали спички при свете луны.