Война за мир-кузницу Вельханос Магна продолжается и в его руинах техножрец-доминус Феронимус Гант охотится на полководца тёмных механикумов. С кладой могучих катафронов-прорывников он готов принести смерть техножрецу-изменнику. Но когда его враг совершает немыслимое, Гант и его катафроны оказываются лицом к лицу с могучими демоническими машинами, стремящихся их уничтожить…
v.1.0 - создание файла fb2, обложка - Urbasian
Перевод:
Вёрстка и оформление:
Гидравлические системы паучьих ног Феронимуса Ганта по большей части скрывались под его одеянием, однако легко справлялись с усыпанным обломками ландшафтом Планум Обсеквиа. Техножрец выглядел как сгорбленная фигура с обилием бионических конечностей и механодендеритов, которые, словно змеи, высовывались из–под массивной рясы. Он шагал, держа в одной из многочисленных рук свой посох, служивший символом его должности, и с упрямой настойчивостью тыкал интерфейсным наконечником в камни, металлолом и трупы. Внутренние системы жезла сияли синим в вечной ночи мира-кузницы, освещая путь среди руин.
Конструкты темных механикумов дорого заплатили за их извращенную веру. Гарт обошел чудовищный кратер, который до сих пор продолжал дымиться посреди пепельной пустоши. На уродливую армию, собравшуюся здесь, обрушила свою ярость богомашина или один из кораблей Адептус Механикус, размещенных на орбите наверху. Плато было усыпано телами, кибернетическими конечностями и обнаженными механизмами.
За Гантом следовала клада прорыва Ро-4 Сервотаурокс. Она состояла из двенадцати тяжелых боевых сервиторов-катафронов. Прорывники передвигались на гусеницах, словно маленькие танки. Бронированным телам подключенных к турелям сервиторов была неведома оказанная им честь. Катафроны представляли собой священное оружие Бога-Машины, предназначенное для того, чтобы вырывать сердце вражеских армий при помощи гидравлических когтей и дуговых винтовок.
Гант поднял один из множества бионических придатков, и прорывники со скрежетом остановились. Телескопическая оптика Ганта застрекотала, фокусируясь на цепочках следов. Те были однотипными, какие остаются от бионических протезов, и глубокими — несомненно, они принадлежали конструктам, несущим на себе боевую броню, вооружение и аугметику.
<Отметить координаты,> — транслировал Гант бинарным кантированием, чтобы тяжелые боевые сервиторы его поняли. — <Цели изменили курс.>
Вперед выехал Ро~4[1/12]. Он был основной единицей катафронов, и приказы жреца передавались через него. Сервитор одновременно выглядел как человек, угодивший в механическую ловушку — и яростно желающий освободиться — и кибернетическое чудовище, опьяненное собственной разрушительной мощью. Из плоти на виду оставалась лишь половина лица катафрона-прорывника. Татуировки мира-улья изящно обвивали глаз и наморщенный лоб, поднимаясь на выбритую голову. Прикрепленная к носу изукрашенная шестерня побрякивала о решетку вокса, заменявшую рот.
<Видишь?> – спросил Гант. Его дыхание паром исходило из резервуаров дыхательного устройства, торчавших из–под капюшона. Он указал интерфейсным наконечником светящегося посоха на отпечатки.
Ро~4[1/12] никак не отреагировал, лишь добавил новые цифры и замеры к протоколам захвата и целеуказания. Гант резко распрямил свой изогнутый металлосплавный позвоночник и повернулся, ткнув церемониальным посохом в сторону, куда вели следы. Оптика зажужжала, выдвигая из–под капюшона телескопический объектив. Жрец последовательно переключил фильтры. Комментарий системы оптимизации предполагал, что цель направилась к коллекторным полям Неофронтии, а затем к громадным кузням Горн-Пентадиктум.
<Видишь, как эти мерзостные еретехи бегут от гнева Великого Творца?>
Ведя катафронов по коллекторным полям Неофронтии — словно кочевой караван времен начала истории Марса — Гант слышал, как на горизонте гремит гром. Богомашины Легио Интерфектра атаковали монструозных титанов предателей среди выработанных пиков гор Авгол.
Паучьи гидравлические опоры Ганта с треском раздавили обломки солнечных батарей, и он поднял взгляд наверх. Вельханос Магна находился в приливном захвате своей зловещей звезды, так что на эту сторону планеты не попадало света, который могли бы собирать коллекторы. Магос доминус подозревал, что вместо солнечных лучей системы аккумулировали энергию разрушительного излучения, присутствие которого в небе мира-кузницы являлось обычным делом из–за варп-штормов над ним.
Когда Гант опустил взгляд на крупный фрагмент солнечной батареи, отражающая поверхность которого была разбита и искривлена, его оптика зафиксировала, что нечто глядит на него в ответ. В зеркале бушевало дьявольское зарево демонического ядра планеты. Гант оглядел море осколков. Абистра Диномикрон наблюдал за ним. Подняв одну из конечностей, Гант ударил его наконечником по зеркальной поверхности, а затем опустил вес своего аугментированного тела на разбитый осколок, раскрошив тот еще сильнее.
Вскоре они дошли до Горн-Пентадиктум. Кузни чудовищного комплекса возвышались над ними, однако похоже было, что громадные производственные залы давно мертвы. Повсюду стояла тишина, слышался лишь лязг цепей и шум песка на ветру. Печи были погружены в сон. На грузовых магистралях и складских площадях стояли насыпные контейнеры. В обширном сооружении не наблюдалось жизни — ни механической, ни какой–либо иной.
<Задействовать императивы «найти и уничтожить»,> — велел магос доминус Ро~4[1/12].
Галька и стекло сменились рокритом и рельсовыми колеями. Катафроны рассредоточились, вращаясь на бронированных турелях. Пока они выискивали цели, заменявшие руки орудия с недобрым гудением пробудились к жизни.
Кузнечные святилища постигло извращенное переосмысление формы и назначения. Здания были украшены остовами и трупами давно мертвых неверующих, а также губительными символами, нарисованными, выжжеными и выбитыми на постройках. Крыльчатки превратились в венцы с вымазанными нечистотами зубцами, а раскрытые входы и технологические проемы расплавились, просели и искорежились, став жуткими металлическими пастями.
Гант замедлил шаг и остановился, глядя на растрескавшуюся улицу, по которой они двигались. Посреди нее тянулась небольшая канава, заполненная полосой железа необычного цвета, которая пронизывала комплекс, словно одиночный рельс. Ганту уже доводилось видеть подобные канавы на Вельханос Магна, и он не представлял, для чего они нужны. Всего лишь еще одна загадка планеты, которую еще предстояло разрешить. Он присел, чтобы изучить тусклый и неестественный блеск металла.
По улице прокатился резкий звук выстрела, и голова Ро~4[8/12] взорвалась. Оружие сервитора еще медленно опускалось вниз под гудение умирающей гидравлики, а Гант уже резко вскинул свой макростаббер. Ро~4[1/12] с грохотом выехал вперед, выставляя свою громаду между стрелком и повелителем. Передавая предупреждение бинарным кантированием, катафрон поднял гидравлическую клешню, демонстрируя, что жрецу следует укрыться. Гант переместился за труп Ро~4[8/12], и в это время раздалось еще несколько выстрелов, выбивших искры из штурмовой брони мертвого боевого сервитора.
<Ликвидировать угрозу,> — скомандовал магос доминус.
Ро~4[1/12] и три его прорывника двинулись по улице, набирая ход и перемалывая гусеницами расколотый рокрит. Быстро вращая ведущими звездочками и катками, тяжелые боевые сервиторы подпрыгивали и проламывались сквозь обломки, которыми были покрыты магистрали.
Подняв орудия, катафроны разнесли крыши печей спиралями дуговых зарядов. Вражеский стрелок рухнул на рокритовый пол, дымясь. Круша крыльчатки гравитационными полями своей торсионной пушки, Ро~4[1/12] зацепил второго кибернетического стрелка и сорвал того с занимаемого им строения. Падающее тело вражеского снайпера трещало и ломалось под напором силы. Ро~4[1/12] сдернул противника на разваливающийся рокритовый пол. Снова ускорившись, сервитор проехался гусеницами по шлему стрелка.
Несколько мгновений спустя Ро~4[2/12] затормозил рядом с ведущей единицей, и Гант ухватился за спину прорывника своими механодендритами и бионическими когтями. Жрец посмотрел на обезглавленное тело стрелка. Облаченный в резиновый плащ с капюшоном, характерный для стражей храма-кузницы Анатдраха, скитарий темных механикумов представлял собой мешанину ненормальных, напитанных варпом систем.
Гант услышал перемежаемый помехами звук вокс-оповещения.
— Жрец-свинья, — разнесся по улице голос. Внимание магоса привлек булькающий металлический хрип респиратора, заливаемого гнилью. — Аколит пустого бога. Хочешь последовать за мной? Следуй за мной в объятия небытия, навстречу благодарности истинных хозяев нашей Галактики, творцов по ту сторону пелены. Присоединяйся ко мне в мире неограниченного знания и достижений, о которых даже не мечтал…
Гант узнал голос Фаэдреги. Он оглядел комплекс, безлюдную улицу и запустелый мрак литейных, тянущихся вдоль магистрали. Цели нигде не было видно.
— Думаю, я пас, магистр кузницы, — отозвался Гант, и отголоски его собственного голоса заплясали среди зданий.
— Присоединись ко мне, — в вокс-рупоре трещали и шипели помехи, — в жертвоприношении всего иномировым владыкам неисчислимого творения. Отдадим себя, плоть и металл, Абистре Диномикрону. Пусть наши смерти станут искрами во тьме, духовной пищей для ужасающих и истинных богов.
Эхо зова Фаэдреги разносилось по всему Горн-Пентадиктум.
— После вас, — откликнулся Феронимус Гант.
Хриплый булькающий смех стих, превратившись в шипение целеустремленного безумца.
— Я не страшусь тьмы, — произнес Васко Фаэдрега. — То, что последует затем…
Ро~4[1/12] крутанулся в своей люльке, обернувшись к своему повелителю и изверг резкий поток кантирования. Катафрон засек движение на улице по курсу. Вперив взгляд вперед и выдвинув телескопическую оптику, Гант увидел появляющиеся из укрытий фигуры. Воздух наполнился грохотом гусениц, гудением гидравлики и ревом силовых установок — прорывники сформировали построение.
<Уничтожить несоответствующие конструкты,> — распорядился магос доминус.
Ро~4[1/12] передал череду приказов бинарным кантированием, отдав Ро~4[3/12] и Ро~4[12/12] указание занять позицию сбоку от Ганта, сам же магос прицепился к Ро~4[2/12]. Основная единица взрыла растрескавшуюся и покрытую воронками магистраль, ведя остальных катафронов в бой. Двигаясь вдоль по улице, будто цепь небольших танков, прорывники зарядили дуговые винтовки и торсионные пушки.
Пока они набирали скорость для атаки, оставляя за гусеницами бронированных шасси пыльный след из перемолотого рокрита, Гант увидел Васко Фаэдрегу, который, хромая, пересекал магистраль на перекрестке впереди. Одетый в такое же черное гофрированное облачение, как и его скитарии, Фаэдрега декламировал какой–то мерзостный распев, периодически сбиваясь на порченый код и наречия, которые не удавалось опознать когитаторам магоса доминус.
Ро~4 [1/12] и его прорывники устремились вперед, словно живой щит, состоящий из бронепластин и преданности. Двигаясь позади вместе с Ро~4[2/12] и еще парой боевых сервиторов, действовавших согласно протоколам защиты, Гант заполнял каналы связи религиозными песнопениями.
<Вы — дети Омниссии,> — обратился он к катафронам. — <Сотворенные из живых, что не имели никакой ценности, дабы послужить шестернями великой машины. Пусть Движущая Сила струится по вашим телам, механизмам и оружию, коим вы благословлены. Будьте формой. Будьте функцией. Будьте едины с вашим священным предназначением и божественными протоколами. Перед вами враги Великого Марса. Их своенравные планы и оскверненные императивы противоречат всему, что логично и подчиняется здравому смыслу. Они заслуживают лишь уничтожения, осуществленного служителями Бога-Машины, кибернетическими и истинными. Уничтожьте ложные конструкты!>
Прорывники приближались к уродливому Фаэдреге и его храмовой страже. Скитарии приготовили свои карабины. Образовав круг, они неподвижно стояли перед лицом мощи катафронов, которая все быстрее с грохотом надвигалась на них. Собравшись вокруг своего нечестивого повелителя на середине перекрестка, скитарии бесстрашно ждали под нависавшими над ними башнями печей спящих кузниц.
Катафроны вышли на огневую дистанцию, и в этот момент храмовые стражи Анатдраха сделали нечто немыслимое для Ганта. Они развернулись — направив стволы карабинов внутрь построения — и обрушили на Васко Фаэдрегу залп оскверненных варпом зарядов. Магистра кузницы швыряло из стороны в сторону, выстрелы рвали на части его одеяние и механизмы. Еретех еще не успел упасть на мостовую магистрали, в вокс-рупорах кузнечного комплекса еще отдавалось эхо его технораспевов — а скитарии темных механикумов уже обратили оружие против самих себя. Приставив дула карабинов к капюшонам и под подбородки, храмовые стражи Анатдраха покончили с собой. Полыхнули очереди, разлетелись дождем мозги и внутренние системы, и затронутые порчей варпа тела повалились наземь рядом со своим господином.
Катафроны замедлили ход и опустили орудия. Ро~4[2/12] проехал через их строй. Остановившись, прорывник дал Ганту возможность спешиться. Спустившись с кормы тяжелого боевого сервитора, магос поспешно направился к трупам на перекрестке. Он тыкал в мертвых скитариев интерфейсным щупом своего посоха и переворачивал трупы подрагивающими механодендритами, пытаясь разобраться, почему они выступили против своего повелителя, хотя их императивные доктрины должны были обеспечивать верность и повиновение.
Направив наплечный лучемет-искоренитель на труп Васко Фаэдреги, Гант перевернул магистра кузницы. Под изрешеченным пулями телом еретика магос доминус обнаружил одну из странных канав. Он огляделся. Пронизывая рокрит улицы, словно рельсы из железа скверного качества, канавы сходились с четырех сторон, образуя крест у ног Фаэдреги.
Железная твердь на пересечении блеснула металлом и вспыхнула адским огнем. Гант попятился назад. Металл в канаве нагревался, быстро плавясь. Отступая прочь от яростно плюющейся железной жижи, магос доминус наблюдал, как свечение стремительно распространяется по канавам. Проклятый металл шипел и растекался, направлявшие его каналы снова и снова раздваивались, образуя на улицах комплекса колоссальную схему.
Гант не знал, воззвал ли пропащий магистр кузницы к демоническому ядру планеты, или же Абистра Диномикрон сам пожертвовал своими темными прислужниками, чтобы пробудиться, однако он понимал, что попал в западню.
Катафроны окружили место ритуального жертвоприношения, держа орудия наготове. Неистовый жар демонической сущности плавил железо, уходившее по магистралям в темные дремлющие кузни. Через считанные мгновения сооружения обрели ужасную жизнь. Магос услышал, как внутри работает одержимая машинерия. Демоническая фабрика внезапно полыхнула инфернальным заревом, осветив ночь мира-кузницы.
Гант увидел, как в дверях-пастях кузниц появились тени. Тени превратились в силуэты. Силуэты обернулись грозными механизмами, топавшими из пламени ревущих печей. Небольшая армия демонических машин выступала из породивших их луж жидкого железа и двинулась в ночь. Одержимые конструкции светились от давшего им жизнь жара преисподней и содержавшегося внутри них зла. Это были кошмары в дымящейся броне и с оружием варпа. Они двигались из каждой кузни, выходя на улицу, словно статуи, которые получили жизнь без покоя. Напоенные варпом автоматоны пошатывались, будто новорожденные, их обшивку и искореженные конечности покрывали шипы. Над дьявольскими машинами возвышались сгорбленные «Дециматоры», оступавшиеся под грузом собственной брони и приволакивавшие по земле искрящиеся когти осадных захватов.
Направляемая Абистрой Диномикроном навстречу служителям Бога-Машины, армия демонических конструкций изливалась из кузниц на магистрали. Они вышагивали механической зловещей поступью, двигаясь к перекрестку и кладе катафронов Ганта. Бежать было некуда. Демоническое ядро планеты поймало его. Оно использовало Васко Фаэдрегу, чтобы заманить магоса в ловушку чудовищных размеров, которую представлял собой уставленный печами производственный комплекс.
<В этом месте плодится зло,> — провозгласил Гант бинарным кантированием. С каждым его словом демонические машины Горн-Пентадиктум подходили все ближе.
Катафроны сохраняли построение вокруг магоса. Их гусеницы оставались неподвижны, дуговые клещи шипели и трещали. Орудия были направлены по осям магистралей во всех четырех направлениях.
<В этом месте механизмы извращены, железо не является собой, а божественная святость машины подчинена воле противоестественной плоти. Чудовища извне облачаются в кощунственную пародию на наше оружие, системы и броню, словно во вторую кожу. Не такого желает Великий Творец. Их поступки проистекают не из Движущей Силы. Они не признаны Богом-Машиной и в его глазах суть ересь. Посему он вверяет нам истребить эти мерзостные автоматоны и отправить тварей, что оскверняют их, обратно в не-реальность, откуда они явились. Мои защитники, исполните свой священный долг. >
Ро~4[1/12] раздал указания, скомандовав катафронам с четными номерами развернуться и окружить магоса доминус щитом брони. Боевые сервиторы с нечетными номерами вместе с ведущей единицей выехали навстречу врагу.
Раздирая гусеницами крошащийся рокрит улицы, шестерка катафронов врезалась в передние ряды демонических машин. Омерзительные боевые автоматоны разлетелись в стороны, не устояв на нестабильной гидравлике только что созданных лап, и грохнулись наземь. Боевые сервиторы завертелись на своих лафетах, хватая роботов гидравлическими когтями и швыряя их в сотворенных преисподней сородичей. Потрескивающие когти дуговых клещей с шипением проходили сквозь броню, и обратно сверкающие захваты вырывались полными демонической плоти и жутких механизмов.
Из дуговых винтовок катафронов полыхали спиральные потоки электрической энергии. Когда они били в извращенных боевых автоматонов и сгорбленных «Дециматоров», механизмы и оружие взрывалось, рассыпаясь бурным дождем искр и металлических обломков. Между спекшихся в шлак пластин сочилась демоническая кровь, похожая на масло. Потоки молний сотрясали демонические машины, словно совершая над ними электростатический экзорцизм и изгоняя неистовые и злобные нематериальные сущности, которые приводили в движение чудовищные горы металлолома.
Катафроны казались неудержимой силой, яростной и разрушительной, однако демонические машины продолжали наступать. Боевые сервиторы вырывали из бронированных грудных клеток дьявольские сердца, давили распростертые боевые механизмы гусеницами и вышибали из панцирных гробниц чудовищную сущность слившихся с ними демонов, но из адских печей появлялись все новые ужасающие автоматоны. «Дециматоры», ревя от неконтролируемой ярости, отшвыривали менее крупные машины в сторону, чтобы добраться до катафронов. Коготь осадного захвата пронзил Ро~4[11/12] и выдернул того из люльки на корпусе. Изувеченное тело сервитора швырнули между «Дециматорами», которые разорвали его на куски.
Ро~4[5/12] обездвижила небольшая орда извращенных боевых автоматонов, пробивших потрескивающими силовыми кулаками его корпус и левую гусеницу. От захлестнутого гудящими демоническими машинами прорывника осталось только изодранное мясо и обломки металла.
Ро~4[9/12] сражался со всей яростной мощью Бога-Машины и почти расчистил подход с запада, пока из дул сжигателей, установленных на панцирях ходячей ереси, не ударило стеной пламя варпа и катафрон не исчез в этом потоке.
Защищавшие Ганта прорывники оказывали огневую поддержку от места жертвоприношения. Слепящий огонь дуговых разрядов разносил оскверненных варпом автоматонов, перегружая их системы. Сотворенные в преисподней тела взрывались нематериальным огнем и смертоносными осколками. Торсионные пушки оставляли в рядах наступающих металлических монстров опустошенные просеки. Как только искривляющие поля зацепляли огромные конечности, оружие или шипастую броню, излучатели проворачивались, разрывая врагов бурным вихрем незримой силы.
Конечности демонических машин отрывались от тел, броню «Дециматоров» страшно корежило и выворачивало, автоматоны переламывались пополам. Порожденных кузнями роботов отбрасывало назад, другие же инфернальные конструкты разносило на куски, искрившиеся и дымившиеся на мостовой.
Находясь внутри защитного кольца катафронов, Гант переступал с одной кормы корпуса на другую, направляя собственное оружие между мощными телами своих тяжелых боевых сервиторов. Ударяя по бронированным плечам своим церемониальным посохом, магос доминус заставлял прорывников отклоняться в сторону и осыпал приближающихся врагов градом пуль из своего макростаббера. Как только Гант фиксировал наплечный лучевой искоренитель в нужном положении, он стрелял из мощного орудия, полностью расплавляя чудовищных «Дециматоров» и целыми колоннами испаряя не знающие отдыха демонические машины.
<Несите этим отступникам железное просвещение,> — скомандовал Гант, когда «Дециматор» схватил голову Ро~4[3/12] кончиками когтей своего осадного захвата и сорвал ее с бронированных плеч, оставив только брызжущий кровью обрубок. — <Несите его лучами, гусеницами и когтями.>
Демоническая боевая машина развернулась и устремилась к магосу доминус, разряжавшему в нее свой макростаббер. При каждом ее шаге на улице подпрыгивали отвалившиеся куски рокрита, от закованной в броню груди летели искры и отскакивали снаряды. Оружие жреца опустело, и «Дециматор» ответил шквалом огня собственных лазеров, рассекая Ро~4[2/12] шипящими лучами пронизанного варпом свечения. Тяжелый боевой сервитор погиб на месте, и Гант был вынужден перепрыгнуть на корпус Ро~4[10/12], которого постигла такая же участь.
Неожиданно огромный «Дециматор» замер, как будто его грозное наступление остановила некая невидимая сила. Он непроизвольно припал на колени, кроша своим весом рокрит, орудия твари умолкли. Из–под обшивки на бочкообразной груди слышалось, как рвутся механизмы и провода. Когда демоническая машина завалилась вперед и осела бесформенной грудой, Гант увидел, что Ро~4[1/12] подъехал к существу сзади и пробил спину демонической машины вращающимися пучками гравитационной энергии.
<Повергнуть эти нечестивые святилища творения,> — воззвал Феронимус Гант к оставшимся прорывникам, обводя жестом кузни. Многие из литейных уже погрузились во мрак, израсходовав остатки ресурсов и губительную энергию Абистры Диномикрона. Созидающие костры погасли, и зубастые пасти, откуда выходили металлические монстры, ныне опустели. Сосредоточив огонь на тех кузнях, где в родильных ямах еще ярко пылало расплавленное железо, катафроны выпотрошили строения торсионными пушками и перегрузили трудившуюся внутри разумную машинерию дуговыми разрядами электричества.
Ро~4[6/12], все еще продолжавший сражаться с демоническими машинами, взорвался огненным шаром. Пробой силовой установки уничтожил толпу боевых автоматонов, вбивавших прорывника в полотно магистрали своими силовыми кулаками. Последнее скопление противника было повержено, отбившиеся от большинства машины шли под опустошающий огонь тяжелых боевых сервиторов Ганта, так что магос доминус уже был близок к тому, чтобы провозгласить победу. Литейные повсюду вокруг них представляли собой либо разрушенные руины, либо искореженные святилища тишины и сумрака. Он перевел свой лучемет на последнюю функционировавшую кузню и разнес колонны при входе, из–за чего надстройка литейной обвалилась и погребла горевшее в пасти яркое пламя под тысячами тонн обломков.
А затем он услышал жуткий рев. Канава с демоническим железом, питавшая кузню губительной силой, все еще ярко светилась на улице перед ней. Небольшая гора, в которую превратилось строение, начала сотрясаться. Из металлолома вырвалась пара гигантских гидравлических клешней, которые схватили перегородившую вход балку. Сперва Гант решил, что невидимое чудовище отбросит толстый двутавр в сторону, но вместо этого оно с легкостью перекусило несущую конструкцию.
Магос доминус попятился, а Ро~4[1/12] и уцелевшие прорывники, стуча гусеницами, выехали вперед. Демоническая боевая машина протолкнулась через развалины кузни, стряхивая с себя кабели, брусья и секции крыши. Она была не похожа на те шагоходы, которые появлялись из других литейных. Быстро передвигаясь в паучьей манере на остроконечных гидравлических лапах, инфернальная конструкция расчищала себе дорогу металлическими когтями. Выше ее ног располагался корпус, похожий на танковый, на котором было установлено устрашающее вооружение, в том числе толстый ствол боевой пушки. Венчал чудовище демонический череп из черного металла, злобно глядевший на Ганта и его оставшихся катафронов. Жуткая пасть распахнулась, и из бронированной груди извергся нечеловеческий вопль машинной ярости. Ганту подумалось, что он слышит разочарованную злобу Абистры Диномикрона.
Со стороны Ро~4[12/12] и Ро~4[4/12] полыхнули дуговые разряды жгучей энергии, заплясавшие на фигуре демонической машины. Колоссальная клешня схватила Ро~4[12/12], превратив его в кашу из перемолотой плоти и брони. Вторая лапа монстра обрушилась вниз, словно молот, вбив Ро~4[4/12] в его же собственный корпус и ходовую часть. Произошел взрыв, повредивший лапу и толкнувший магоса доминус назад так, что тот пошатнулся.
Пока чудовище отдергивало искрящийся обрубок покалеченной конечности, Ро~4[7/12] полоснул по его бронированной груди дуговым разрядом. На мгновение демоническая машина застыла, а затем открыла ответный огонь из автопушек «Жнец». Выстрел торсионной пушки Ро~4[1/12] превратил оружие в искореженную мешанину перекрученных столов и рассыпающихся лент с боеприпасами. Заклинившее орудие взорвалось, и демоническую машину отбросило вбок, вынудив быстро переставлять лапы.
Заблокировав гидравлику и создав упор, демоническая машина выпустила снаряд из крупнокалиберного орудия, установленного по центру шипастого корпуса. Ужасающий выстрел полностью уничтожил Ро~4[7/12] и с грохотом пробил кузню напротив, обрушив сооружение.
Остался только Ро~4[1/12]. Катафрон воксом передал своему повелителю-жрецу поток бинарного кантирования. От боевого сервитора требовалось увести магоса прочь от огромной демонической машины.
<Будь проклят твой протокол защиты,> — взревел в ответ Феронимус Гант. — <Во имя всего истинного и логичного, эта железная аберрация будет уничтожена.>
Демоническая машина потянулась к нему, и Гант выстрелил из искоренителя, превратив чудовищную клешню на конце лапы в дым, развеявшийся на ветру. Культя с раскатистым лязгом обрушилась на Ганта, отшвырнув его в сторону. Издав череду неприятных щелчков, существо опустило вниз многоствольную ракетную установку, заставив Ганта включить поле рефрактора.
Ракета врезалась в защитное поле, и магоса доминус толкнуло назад. Его тело оказалось в центре потрескивающей энергетической сферы. На столь близкой дистанции удар пришелся и по самой демонической машине, однако это не помешало твари выпустить в Ганта еще одну ракету. На сей раз он закувыркался вверх тормашками, остановившись у основания колонны литейной. Окружавшее его рефракционное поле с шипением погасло.
Демоническая машина крутанула свой корпус на паучьих лапах, не обращая внимания на огонь торсионной пушки Ро~4[1/12]. Пластины брони выгибались и срывались в отвратительного механического тела, но существо заблокировало гидравлику и выстрелило из своего чудовищного орудия. Ро~4[1/12] быстро отъехал назад, избежав худших последствий от смертоносного заряда, но в небо взметнулся фонтан рокрита, и катафрон подпрыгнул на разорванной гусенице. Взрыв накатился на его штурмовую броню, осыпав ее дождем камней, и боевой сервитор, содрогнувшись, замер на месте.
— Сюда, мерзостная машина… — крикнул Феронимус Гант через вокс-динамики с другого края магистрали. Демонический механизм крутанулся на гидравлических опорах, переведя боевую пушку на магоса доминус, а затем обратно на сервитора, который, хоть и был обездвижен, перезаряжал свое оружие. Гант выпустил из лучемета поток расщепляющей энергии точно по ногам чудовищной машины, полностью разнеся одну из шипастых конечностей. Потеряв равновесие, она опрокинулась назад.
< Ро~4[1/12],> — передал Гант бинарным кантированием. — <Похорони это создание.>
Дребезжа поврежденными системами, прорывник повернулся на корпусе и обратил гравитационную силу своей торсионной пушки на ближайшую кузню, выдирая внутренние конструкции ужасного святилища. Здание каскадом обрушилось на катафрона. Массивные несущие брусья, рифленые секции стен, балки и литейные сооружения падали вокруг Ро~4[1/12], словно стальная лавина.
Катафрон исчез под обваливающейся кузней, но падающие обломки частично погребли под собой и демоническую боевую машину. Заваленное балками и придавленное весом искореженных кусков святилища, чудовище не могло подняться на ноги или развернуть свой бронированный корпус. Монструозные орудия теперь смотрели в небо.
Взбираясь на гору лома, скрытую пыльными миазмами, Гант отчаянно пробирался к погребенной машине. Убрав макростаббер в кобуру и закрепив опустевший лучемет в наплечной люльке, магос доминус снял со спины силовой топор с лезвием в виде шестерни и взял его двумя из многочисленных бионических рук. Опершись своим посохом на обломки, Гант подтянулся на своих подрагивающих механодендритах и оказался рядом с демонической машиной.
Порождение преисподней все еще пыталось приподнять свою громаду из–под обломков и развернуть бесполезное оружие. Щерящийся металлический череп личины демона исторгал рев, возвещая о гневе не только той яростной сущности, что владела им, но и Абистры Диномикрона, наделившего его ужасающей жизнью.
Взмахнув силовым топором со всей силой, что имелась в его аугментированном теле, Гант попытался отсечь голову чудовища от механического тела. Шипящие зубцы лезвия-шестерни снова и снова вгрызались в демоническую плоть. Тварь ревела, затем начала вопить. Она умерла не сразу, топору потребовалось пять ударов, чтобы перерубить могучую шею. Визг агонизирующего монстра все еще эхом разносился по комплексу Горн-Пентадиктум, но его металлическая голова, наконец, запрыгала вниз по склону из обломков.
Потратив мгновение на то, чтобы возблагодарить Омниссию за победу, Феронимус Гант последовал за головой туда, где под завалами кузни исчез Ро~4[1/12]. Используя силовой топор в качестве кирки, жрец начал откапывать тяжелого боевого сервитора из–под мусора. Освободив голову и плечо, Гант быстро понял, насколько бессмысленным делом занимается. Балка пробила татуированную голову сервитора и вышибла кольцо из его носа. Магос секунду постоял, а затем издал ворчание. Он извлекал Ро~4[1/12] вовсе не из заботы или уважения.
Без катафрона с его гусеницами обратный путь к силам Бога-Машины предстоял долгим.
Убрав силовой топор за плечо, магос Феронимус Гант оставил боевого сервитора и направился на юг от комплекса, на ходу постукивая своим церемониальным посохом по магистрали.